Vovchenya

 

Алайская долина

Из книги п. Лукницкого путешествия поп амиру



Немного географии
Алайская долина, или, как ее называют проще, Алай, имеет среднюю высоту
в 3 052 метра над уровнем моря. Слово "Алай" в джагатайско-турецком языке,
по определению профессора А. А. Семенова, обозначает табун, стаю, толпу, а
также полк, строй, отряд или батальон. Есть и другие объяснения этого слова.
Я уже сказал, что переводят его словом "рай", -- так обильны и сочны здесь
пастбища. И еще говорят, что "ал ай!" значит "держи месяц!", то-есть
торопись, летние месяцы коротки в этой высокогорной долине!
Алай -- одна из наиболее замечательных высокогорных долин Средней Азии.
Она расположена приблизительно в ста пятидесяти километрах к югу от
Ферганской долины, от которой ее отделяет мощный Алайский хребет, занимающий
своими ветвистыми отрогами все пространство между долинами. От Алайской
долины на север, до областного центра Киргизской ССР города Оша, примерно
двести километров.
Алайская долина представляет собою глубокое и широкое понижение,
тектоническую впадину, зажатую между Алайским и Заалайским хребтами, которые
поднимаются по краям долины высокими, резко выраженными грядами. Заалайский
хребет покрыт глубокими вечными снегами и зимою и летом, Алайский хребет в
летнее время почти полностью от снега освобождается, -- его высота
значительно меньше.
Длина Алайской долины равна ста тридцати трем километрам. Ширина на
меридиане урочища Сарыташ достигает почти двадцати двух километров, а в
западной части сужается до восьми. Проехать из Ферганской долины в Алай
возможно только через перевалы, по тропам, доступным лишь всаднику или
пешеходу. Из этих перевалов наиболее известны: Шарт-Даван, Калмак-Ашу,
Арчат-Даван, Кой-Джулы, Джиптык, Сарык-Могол, Киндык, Туз-Ашу, Тенгиз-Бай. Самый известный перевал через Алайский хребет -- перевал Талдык (3 651, а по другим данным -- 3 680 метров). Через него с 1932 года проходит автомобильная дорога Ош -- Хорог.
Огромный массив Заалайокого хребта еще менее доступен и до сих пор
далеко не весь подробно исследован. До 1932 года в нем были известны только
два перевала -- Кизыл-Арт (высотой 4 444 метра), через который в том году
был проложен на Памир автомобильный тракт, заменивший прежнюю колесную
дорогу, созданную в 1891 -- 1892 годах русским памирским отрядом, и
Терс-Агар -- в западной части хребта, выводящий к урочищу Алтын-Мазар,
откуда можно пробраться: вверх по реке Мук-су к языку ледника Федченко;
двигаясь же вниз по реке -- в Каратегин и далее в средний Таджикистан. По
рекам Каинды и Балянд-Киик из Алтын-Maeapa есть тропы на Восточный Памир.
На востоке Алайская долина (или, как ее здесь называют, Баш-Алай,
то-есть "Голова Алая") начинается у самых границ Китая, -- там, где проходит
пологий хребет Тау-Мурун. Постепенно снижаясь к западу, по Алайской долине
бежит от ТауМуруна красноводная река Кизыл-су.
В западном конце Алайской долины, там, где Кизыл-су вступает в холмы,
издавна известна была старинная киргизская крепостца Дараут-Курган.
Созданный здесь районный центр в последние годы превратился в крупный
благоустроенный поселок.
Ландшафт восточной части долины типичен для высокогорной степи. Здесь,
на межгорном плато, климат суров к жесток. Здесь невозможны посевы, здесь
только травы густы и обильны: сочные альпийские травы, прекрасный подножный
корм для скота -- в прошлом киргизских кочевников, в наши дни -- богатых
колхозов Киргизии, Узбекистана и Таджикистана; в летнее время на
великолепных отгонных пастбищах Алая собираются огромные отары и стада,
принадлежащие даже отдаленным колхозам Ишкашима, Вахана, Шугнана.
Климат долины подчинен постепенному снижению ее с востока на запад. На
западе климат значительно мягче, там сеют злаки -- рожь и ячмень, там всегда
было много киргизских селений, летовок, зимовок. Оттуда уже можно не уходить
на зиму вниз или в защищенные от яростных ветров боковые ущелья. Для
западной части долины характерен ландшафт горной полупустыни.
О древнем ледяном панцыре
Но есть еще третий ландшафт в Алайской долине, он в ней наблюдается
повсюду -- это особенный ландшафт отложений покровного древнего оледенения.
В отдаленную от нас эпоху вся Алайская долина была покрыта ледниковым
потоком, -- исполинский ледяной панцырь сковывал ее всю, сверху донизу. Спускаясь с гребней Заалайского хребта, боковые ледники протягивались, изгибаясь, на полсотни километров каждый. Все они смыкались внизу в один мощный массив, который медленно оползал вдоль подножия хребта по долине, следуя ее плавному наклону с востока на запад.
Этот ледяной панцырь весил биллионы тонн, и, двигаясь между двумя хребтами
-- Алайским и Заалайоким, он выпахивал ложе, которое все углублялось под его
непомерной тяжестью по мере того, как измельченные породы выносились им к
западу.
Это ложе оставалось все-таки перекошенным, наклоненным к северу, потому
что Заалайокий хребет был выше Алайского, потому что на южном склоне
последнего почти не было ледников, в то время как северный склон Заалайского
хребта весь был затянут ледяными потоками. Стекая с крутых склонов на север
и постепенно, в силу собственной тяжести, поворачивая по наклону долины на
запад, они несли на себе искрошенные ими громады скал. Каменное месиво
загромождало левый борт долины, еще более увеличивая ее наклон. А потому вся
пода, образовывавшаяся от постепенного таяния ледников, окатывалась к
правому борту долины и текла вдоль подножия Алайского хребта -- рекой
Кизыл-су, -- единственной рекой, собиравшей в себя все талые воды с двух
гигантских параллельных хребтов, между которыми тянулась долина. Только там,
где Заалайский хребет рассекался сверху донизу рекою Мук-су, вытекавшей из
другой колоссальной ледниковой системы -- системы ледника Федченко, воды
двух рек сливались.
Постепенно алайский "Ледник Подножия" таял, питавшие его боковые
ледники отступали, оставляя после себя громады моренных нагромождений.
"Ледник Подножия" умирал медленно, он, казалось, долго боролся за свое
существование, он то совсем был близок к истаиванию, то снова набирался
силы, увеличиваясь в размерах. Периоды этой титанической борьбы -- периоды
наступлений и отступлений -- не прошли бесследно. Свидетельствами ее
остались моренные отложения и продольные троги в долине.
Моренные отложения сохранились до наших дней во всей своей свежести, по
ним можно судить, сколько раз повторялось оледенение, сколько раз оно
исчезало. Ущелья хребтов и сама долина рассказывают об этом тем людям,
которые умеют вглядываться взором исследователя в их оригинальные и
поучительные формы.
Наконец "Ледник Подножия" исчез. Но все, что он нес •на себе, все,
что он сокрушил, измельчил, набросал, столкнул между собою, -- гигантское
моренное наследство его -- осталось в виде исполинских каменистых барьеров,
перегораживающих долину, в виде бесчисленных холмов, бугров и врезанных в
склоны ледниковых "заплечиков".
На размытых отложениях эпохи первого -- покровного -- оледенения
покоится все то, что оставили после себя позднейшие оледенения. Ученые
насчитывают их четыре стадии, но все они были уже не так мощны, все были
неспособны воссоздать древний "Ледник Подножия".
Все меньше становилось льда на склонах Заалайского хребта и в Алайской
долине, все выше поднималась линия снегов, питавших ледники, -- она
приближалась к гребням хребта.
И, наконец, наступила эпоха современного оледенения. Размеры и мощность
его не идут ни в какое сравнение с размерами и мощностью древнего. Ледники,
опускающиеся по северным склонам Заалайского хребта, уже не дотягиваются до
Алайской долины. Они ползут, заполняя собою поперечные ущелья и долины
хребта, -- тесные, глубоко врезанные; они внезапно обрываются на высоте,
положив свои короткие и широкие языки на уступы, образованные древними
моренами. Они похожи на ледяных изогнувшихся змей, свесивших свои плоские
головы над Алайской долиной, -- тем более похожи на змей, что их тела
самостоятельны и раздельны, боковых притоков они не имеют. Они не опускаются
ниже четырех километров над уровнем моря, не дотягиваясь до Алайской долины
на полкилометра по отвесу, иногда почти на километр. Есть, правда, среди них
ледник и другого типа -- сложный, разветвленный, образованный из ряда
притоков долинный ледник Корженевского, самый большой из всех современных
ледников Заалая; он спускается ниже других, но он исключение.
И все-таки, на наш человеческий взгляд, современное оледенение Заалая
грандиозно. Оно представляется нам таким потому, что наверху, под гребнем
хребта, все ледники, как бы сросшись своими хвостами, как бы рожденные из
одного тела, соединены в сплошной сверкающий массив, лоскут древнего
всеохватного панцыря. Этот лоскут покрывает весь Заалайский хребет, начиная
от высоты в 4 700 метров и до самых гребней, то-есть в среднем поясом
высотой в километр, а там, где гребень выгнут к небесам высочайшими пиками,
еще больше -- до их вершин. Эти вершины: пик Ленина и немногим не
достигающие его по высоте пик Дзержинского -- 6 713, пик Кзыл-Агин -- 6 679,
пик Корумды -- 6 555, пик Заря Востока -- 6 346, гора Корженевского -- 6 005
метров, и многие другие, сверкающие в ясный день великаны.
Боковые ледники Заалая, которые считаются маленькими, прославили бы
собой любые горы Европы, если бы оползали не со склонов высочайшего в
Советском Союзе хребта. Так длина ледника Корженевского (исток реки
Джанайдар) -- больше двадцати километров. Но кому он известен, этот запрятанный под
пиком Ленина в отроги хребта ледник? Не насчитать и полусотни людей,
ступавших по его обнаженному, кристаллически чистому льду. В Заалайском
хребте и поныне существуют десятки ущелий и ледников, не пройденных ни одним
человеком.
Как ни громадны эти вершины, как ни массивен хребет, но в розовых лучах
восходящего солнца он представляется наблюдателю из Алайской долины легким,
-- великолепные льды, кажется, парят над миром, исполинские в своей мощи,
воздушные и прекрасные, они словно налиты вечностью.
Но в дурную погоду страшно даже представить себе, какие дикие ураганы и
бури, пурги и бураны беснуются в этих облаках, кажущихся из Алайской долины
только белосерыми клубящимися туманами высоких пространств.
Исследователи Алая
Первым исследователем, увидевшим Заалайский хребет, был известный и
талантливый ученый Алексей Павлович Федченко, проникший через перевал
Тенгиз-Бай (3 801 метр над уровнем моря) в Алайскую долину, к киргизской
крепости Дараут-Курган. 20 июля 1871 года А. П. Федченко со своей женой
Ольгой Александровной, столь же знаменитой русской
женщиной-путешественницей, поднялся на перевал.
"... Вид с перевала заставил нас остановиться: перед нами открылась
панорама исполинских снеговых гор, -- пишет А. П. Федченко о своем первом
впечатлении от созерцания неведомого мира, открывшегося ему в тот день. --
Горы эти, впрочем, не все были видны с перевала. Ближайшие гряды отчасти
закрывали их. Между тем мне хотелось видеть возможно более; перед нами была
местность, едва известная по имени Алай, а что лежало за нею, было никому не
известно... "
Федченко двинулся дальше, пока не увидел все:
"Горы вдали незаметно пропадали, и между ними и горами по правому
берегу расстилалось ровное степное пространство Алай, без границ сливавшееся
на северо-востоке с горизонтом... "
Алай был владением кокандского хана, и кокандокие власти не пропустили
русских путешественников в восточную часть долины.
Вместе со своей женой исследователь собрал обширную коллекцию флоры и
фауны и дал первое описание Заалайского хребта. Высочайшую в цепи других
вершину хребта он назвал пиком Кауфмана. Памирская экспедиция Академии наук


СССР 1928 года переименовала эту взятую альпинистами в том же году
вершину в пик Ленина и определила ее высоту в 7 129 метров над уровнем моря
*. Эта же экспедиция дала названия ряду других, до той поры безыменных,
высочайших вершин хребта: пик Якова Свердлова, гора Цюрупы, гора Красина,
лик Дзержинского, пик Архар, пик Пограничник, пик Заря Востока и -- между
пиком Ленина и Кзыл-Агином -- хребет Баррикады.
Через несколько лет после путешествия А. П. Федченко, в 1876 году,
состоялась военная Алайская экспедиция генерала Скобелева. Вместе со всем
Кокандским ханством Алай был присоединен к России. Военные топографы, сделав
полуинструментальную съемку долины, нанесли ее на карту; участники
экспедиции А. Ф. Костенко и В. Л. Коростовцев опубликовали о ней первые
очерки. В 1877 году Алай исследовал геолог И. В. Мушкетов, прошедший долину
от устья реки Коксу до перевала Тау-Мурун. В 1878 году Алай посетит зоолог
Н. А. Северцов и В. Ф. Ошанин. Участник экспедиции Северцова Скасси произвел
нивелировку долины и впервые определил высоты главных вершин Заалайского и
Алайского хребтов. В следующие годы Алайскую долину изучали многочисленные
географы, геодезисты, геологи, горные инженеры, ботаники. В числе наиболее
известных исследователей были Путята, Н. А. Бендерский, Д. Л. Иванов, Г. Е.
Грумм-Гржимайло, Б. Л. Громбчевский, С. П. Коржинокий, Б. А. Федченко, Н. Л.
Корженевский и другие.
Колонизаторские устремления мирового империализма в Центральную Азию
нашли свое выражение и в путешествиях иностранцев, среди которых почти не
было подлинных ученых, -- большинство их оказалось попросту авантюристами,
агентами иностранных разведок. Царское правительство, преклонявшееся перед
иностранщиной, не ограничивалось предоставлением пропуска через территорию
России всем желающим, но и предоставляло им различные привилегии, каких
часто не могли добиться от российского правительства русские ученые. С
помощью царской администрации и под охраной казачьих конвоев через Алайскую
долину прошли: в 1894 году-- швед Свэн Гедин, в 1896 году -- датчанин
Олуфсен, в 1903 году -- американцы Пемпелли и Хентингтон, в 1909 году --
француз Ив, в 1911 году -- немец Шульц и другие.
Почти все путешественники конца XIX и начала XX века только пересекали
Алайскую долину и оставляли лишь поверхностные ее описания. Поэтому,
несмотря на множество упоминаний об Алае всех, кто проникал на Памир, Алай
до последнего времени не мог считаться хорошо исследованным.

Из книги п. Лукницкого путешествия поп амиру


Создан 02 июл 2010



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником